Украинские моряки помогают ВСУ, но скоро лишатся такой возможности: откровенное интервью с главой USU Кристиной Король
25 июня моряки всего мира отмечают свой профессиональный праздник – День моряка или день мореплавателя (Day of the Seafarer). В Украине сегодня этот праздник, как и многие другие на протяжении последних четырех месяцев, омрачен войной и невозможностью попасть на рабочие места для тех представителей профессии, кого война застала дома в перерыве между рейсами.
Конечно вопрос получения разрешения на выезд для «морских волков» сейчас один из самых болезненных и самых обсуждаемых в морских кругах. Однако если проанализировать сообщения в чатах, названия которых выдают их принадлежность к сообществу бесстрашных покорителей морей и океанов, становится очевидным, что моряки живут отнюдь не только своими проблемами. Последних, к слову, великое множество. Это и обучение, и прохождение различных тестов, и получение документов, подтверждающих квалификацию.
Но среди всех сообщений на волнующие участников темы особое место занимают вопросы помощи нашим защитникам – Вооруженным Силам Украины, а также пострадавшим в результате вторжения рашистов – переселенцам, жителям оккупированных и прифронтовых территорий, а еще братьям нашим меньшим, которым и в мирное время приходится весьма несладко.
О том, какую помощь украинские моряки оказывают своим согражданам, а также о том, с какими сложностями приходится сталкиваться им самим в это нелегкое время, журналисту информагентства «Юг.Today» рассказала глава Ukrainian Seafarers Union Кристина Король.
Ukrainian Seafarers Union – общественная организация, которая объединяет более 12 000 моряков из разных городов Украины. Создана в 2020 году для защиты моряков и борьбы с существующей системой в сфере подготовки и дипломирования сотрудников морской сферы. Целью организации является приведение действующей системы дипломирования моряков в соответствие с нормами международной конвенции о подготовке, дипломировании моряков и несении вахты. Для этого USU привлекает всех специалистов морской отрасли.
– Кристина, судя по общению в чате вашей организации, ее участники активно помогают нашей армии и простым украинцам, пострадавшим от российской агрессии. Какая сумма была собрана ими за это время и что было закуплено за эти деньги?
– С самого начала войны, когда был объявлен официальный сбор для ВСУ, мы попросили моряков скидывать в чат USU платежки, подтверждающие сделанные ими переводы средств. На тот момент «средний чек» равнялся одной-двум тысячам долларов.
Также мы попросили ребят помочь собрать деньги на покупку «бусов», для бригад ВСУ, защищающих юг Украины. Общими усилиями нам удалось приобрести четыре транспортных средства. Самый большой перевод тогда составил пять с половиной тысяч долларов.
Вообще суммы, которые перечисляют наши моряки разные – от ста гривен и выше. При всей плачевности сложившейся ситуации в помощи никто не отказывает. Многие используют даже кредитные средства, чтобы внести посильную лепту в общее дело – обеспечение защитников Украины, воюющих с врагом на передовой, необходимым им снаряжением.
– Кто занимается сбором средств, организацией закупок и передачей приобретенного на фронт?
– У нас создан отдельный штаб «USU Volunteers» из действующих моряков USU, который обрабатывают заявки от бригад для закупки и передачи на фронт и для оказания гуманиторной помощи переселенцам.
Сбор средств взял на себя капитан дальнего плавания Михаил, известный в кругу моряков под псевдонимом Mishgan. Он сейчас находится в рейсе, но успевает принимать и обрабатывать заявки от ВСУ, а также находить и закупать запрашиваемое. За истекшие 120 дней войны через его счет для сбора средств прошло несколько сотен тысяч долларов. Сам Михаил перечислил 7 тысяч долларов и называет себя не главным донатором USU.
Отметим, что Михаил ежедневно публикует в чате объявления о сборе средств на закупку оборудования для Вооруженных Сил Украины. И озвученные им потребности моряки чаще всего успевают закрывать в течение 2-3 дней. Сам Mishgan добавляет от себя 5 000 гривен за каждый перевод свыше указанной суммы. – Авт.
– Что, кроме автомобилей, USU передает на фронт?
– Тепловизоры, бинокли, приборы ночного видения, бронежилеты (заказывали в Турции), дроны, амуницию. Закрываем потребности по медицинским товарам. Аптечки мы привозили из Кишинева в тот момент, когда их здесь невозможно было найти. Кровоостанавливающие жгуты заказывали в США. Во всем перечисленном потребность есть регулярно, поэтому закупаем на постоянной основе.
– Насколько можно судить по переписке в чате, USU оказывает помощь и переселенцам. Расскажите об этом подробнее.
– Это значимая часть нашей работы, но очень незначительная по затратам по сравнению с тем, что собираем для Защитников Украины. Для переселенцев мы закупаем продукты, вещи, организовываем горячие обеды по воскресеньям.
– Кому еще вы помогаете?
– Семьям моряков, которые сейчас остались без поддержки. Для этого мы тоже купили один «бус», и сейчас на нем вывозим людей в Молдову. Это ближе всего, а комфортабельного транспорта для дальних поездок у нас нет. А так мы стараемся выполнять любые поступающие нам заявки. Возили воду в Николаев. При содействии наших друзей из Польши помогаем приютам для животных.
– Все ли участники вашей организации отзываются на просьбы о помощи?
– Помогают все. Даже кадеты, которые успели сделать по одному рейсу и заработали свои первые деньги. Помогают и те, кто сейчас на судах, и те, кто остался в Украине. Однако деньги имеют свойство заканчиваться. А перспектива их заработать в настоящий момент, мягко говоря, туманна. Если бы у ребят было понимание, что они смогут уйти в рейс и зарабатывать, каждый из них перечислял бы сейчас в разы больше. Но в стесненных обстоятельствах люди начинают задумываться о том, чтобы не оставить свои семьи без средств к существованию.
– Многие моряки в последние четыре месяца после контрактов не заезжают в Украину, а остаются в Европе, чтобы иметь возможность через пару месяцев снова вернуться на работу. Как вы считаете, есть ли риск, что они навсегда останутся жить за границей?
– Мнения, что моряки не вернутся на Родину, это мнения людей, которые плохо себе представляют эту работу. У моряка зарплата на самом деле не такая уж и высокая, и выше с началом военных действий не стала. Те, кто хотел и мог себе позволить жить за границей, уже уехали, причем еще до войны. Я уверена, что 90 процентов моряков в случае открытия для них границ вернутся домой.
Тенденция такова, что если моряк в начале войны находился в рейсе, то его семья выезжала за границу. Но во многих случаях основным мотивом было именно то, что, если их муж и отец вернется в Украину, он останется здесь на неопределенное время, и семья лишится источника доходов. В то же время эти семьи вряд ли покинули бы Украину, если бы их моряк имел право свободного выезда за границу. И, к слову, тратили бы заработанные деньги в Украине.
– Кристина, я так понимаю, что вам известно не об одном таком случае. Можете рассказать подробнее?
– Я могу об этом рассказать даже на собственном примере. Мой муж несколько дней назад вернулся из рейса. Сейчас он находится в Польше. И каждый день звонит и говорит о том, что хочет домой. Но не может этого сделать, так как потом лишится возможности попасть на работу.
Поэтому сейчас мы приняли решение, что он приедет в Молдову, куда мне будет проще к нему добираться. Буду ездить туда-сюда. Я свою работу оставить не могу.
Хотя, если бы мой муж был здесь, он бы принес большую пользу, помогая волонтерам. К слову, зарплату, как и многие его коллеги, он по-прежнему перечисляет на счет в Украине.
– Помощь фонду оказывают только одесситы?
– Нет, помогают моряки со всей Украины. Это и Киев, и Измаил, где традиционно много моряков, и другие города, где живут представители морской профессии. Особенно хочется отметить моряков из Херсона. Сейчас многие из них переехали в Одессу. Здесь они вступили в нашу организацию и оказывают помощь в нашей работе всеми возможными способами. Несмотря на то, что в настоящий момент они находятся в чужом городе и не понимают, когда смогут вернуться домой и будет ли куда возвращаться, все они отдают последние имеющиеся деньги на потребности ВСУ.
Помогают и те, кто сейчас находятся за границей. Но здесь есть нюанс. У многих из них просто «опустились руки». Оказавшись в неопределенной ситуации, они не знают, как планировать свою жизнь дальше. В том числе и финансово. К тому же их средства тоже не безграничны. А жизнь в Европе им обходится гораздо дороже, чем дома.
– Как изменился объем помощи со стороны моряков за истекшие четыре месяца?
– Могу отметить, что поток средств значительно снизился в последние две недели. И, общаясь с ребятами, я понимаю, что они сейчас уже «на мели». Оставшиеся средства берегут для себя и своих семей, так как не знают, когда снова смогут зарабатывать. При этом у моряков, приехавших из оккупированных территорий, жены также сейчас без работы. И для них в прямом смысле становится актуальным вопрос выживания.
В то же время все понимают, что на их обращения, а также обращения международных организаций, заинтересованных в выезде наших моряков, власти просто не реагируют.
– Сколько моряков, по вашим данным, сейчас «застряли» в Украине?
– Ориентировочно 40 процентов от общего количества. Некоторым повезло, если так можно сказать, и они выехали законным способом. Это те, у кого трое и больше детей, у кого есть родственники с инвалидностью.
Но сказать цифру я не могу. У нас в Украине, к сожалению, даже нет статистики, сколько всего наших граждан работает в морской сфере.
К тому же часть моряков покинуло страну через Крым. Здесь речь идет о жителях оккупированных территорий. Но, к сожалению, есть и случаи, когда, рискуя своей жизнью, так поступают и те, кто живет в других городах. То есть, люди, не имеющие возможность выехать законным способом, едут через Херсонскую область, чтобы попасть на работу.
– Моряки, как и другие граждане Украины, также сейчас служат в рядах ВСУ. Есть ли у вас статистика, сколько моряков встали на защиту Украины?
– Я не владею цифрами. Но знаю, что очень многие моряки ушли добровольцами. Я лично знаю порядка 50 моряков, которые сейчас в ВСУ и ТрО.
В то же время один мой хороший знакомый еще три месяца назад хотел пойти в ТрО, но ему отказали. Сказали, что сейчас мест нет. В итоге он все это время ждет. И на работу выехать тоже не может.
– Чем грозит запрет на выезд наших моряков для каждого из них и в целом для отрасли?
– Тем, что международный рынок откажется от украинских моряков. И, как бы это сейчас не звучало, их заменят россияне. Хотя, по идее, на граждан государства-агрессора должны быть наложены какие-то санкции, по факту получается наоборот. Украинцы, которые могут занять места россиян на мировом флоте, находятся дома, а россияне зарабатывают деньги и вливают их в экономику нашего врага.
– Украинские моряки жалуются на то, что на судах их сейчас заменяют не только россияне, но и филиппинцы. Прокомментируйте, с чем это связано.
– Во время эпидемии коронавируса в Украине были более мягкие требования к выезду на суда. И нашим морякам удалось закрепить за собой больше мест на судах. В то же время филиппинцам перед выездом приходилось проводить порядка 20 дней на карантине, что создавало для судовладельцев дополнительные сложности. С началом военных действий в Украине филиппинцы «переформатировались», отменили карантинные ограничения и теперь активно занимают освободившуюся нишу. А украинцы теряют свою позицию, которая сейчас оценивается как третья-четвертая на мировом рынке.
– Как реагируют на сложившуюся ситуацию международные организации?
– Мы несколько дней назад общались с представителями ITF в Лондоне. И можем отметить, что там сейчас тоже не понимают, что будет дальше с украинскими моряками. Запрос, который организация отправляла властям Украины, остался без ответа. Если украинцев в ближайшее время не выпустят, их придется заменить моряками других национальностей. И тогда о морской отрасли в Украине можно забыть. Украинский моряк просто потеряет работу, независимо от должности и стажа работы.
Также на отсутствие ответов на свои запросы к первым лицам нашего государства нарекает и IMO.
– Насколько я знаю, USU также обращалась к украинским властям с просьбой разрешить выезд моряков на суда для выполнения ими своих обязанностей. Вам удалось получить на них ответы?
– Мы получили ответы от Министерства обороны и Министерства экономики. Они не против. Но решения по факту нет. Моряки и далее продолжают помогать ВСУ, но в большей степени в настоящий момент это уже те ребята, которые в сейчас находятся в рейсе – у них такая возможность, в отличие от их коллег на суше, есть. К примеру, за их счет, мы за последние дни закупили еще один «бус» для подразделения Вооруженных Сил Украины. Сейчас ставим его на учет и будем передавать на передовую. Если бы наши моряки могли выехать в рейсы, таких «бусов», и не только, было бы намного больше.
– Какой срок сейчас критичен для выпуска моряков на работу?
– Месяц-два. Если решение будет принято позже, ехать будет уже некуда.
